Приехав домой, Дэни первым делом заглянула в спальню к мальчикам, а затем молча помогла Брэнду раздеться и лечь в постель. Брэнд уже спал, когда Дэни вышла из ванной. Белый бинт контрастировал с его загорелым телом и темно-синим постельным бельем.

Брэнд проснулся поздно и обнаружил, что жены рядом нет. Он попытался сесть, но тело пронзила острая боль, и тогда он откинулся на подушки и громко позвал Дэни. Она появилась сразу как по волшебству — в белом спортивном костюме, с подносом в руках, на котором стояли тарелки с завтраком.

— Который час? — тихо спросил он.

— Почти полдень. Только что приезжали Джош с Элейн. Они забрали близнецов. Врачи сегодня утром отпустили его из больницы.

Она поставила поднос на столик рядом с кроватью, раздвинула шторы и повернулась к мужу.

— Брэнд, со сколькими еще женщинами типа Нэнси Эппс мне придется столкнуться?

— Не думаю, что найдутся еще такие же, как она.

Дэни нахмурилась.

— Хорошо, я поставлю вопрос по-другому. Сколько еще женщин будут утверждать, что занимали важное место в твоей жизни?

Брэнд потер рукой бровь и скорчился от боли, так как даже это движение потревожило его ушибленный бок.

— Боже мой, Дэни. Я обещал хранить тебе верность, и я ее хранил. Я не гулял со всеми подряд и был осторожен, но и не утверждаю, что жил как монах, с тех пор как мы расстались. За исключением Мэрил никто не может заявлять на меня своих прав.

— Что касается Мэрил, здесь все ясно. Она была твоей женой. Но эта девица, мисс Эппс, ясно дала понять, что у тебя с ней было что-то серьезное. Все, что я хочу знать, — это сколько еще таких особ мне придется встретить.

Почему Дэни до сих пор не удалось избавиться от комплексов — ведь смогла же она научиться подчеркивать свою неяркую красоту? Брэнд посмотрел ей в глаза и заговорил, осторожно подбирая слова:

— Отец Нэнси приказал мне сопровождать ее на приемы. Это было несколько лет назад. Я иногда приглашал ее куда-нибудь, пару раз с ней переспал. У меня никого не было, у нее — тоже. Наши отношения никогда не были серьезными. И видит Бог, они не могли быть иными. Нэнси всегда знала, что выйдет замуж за Мори Бернса, это один из владельцев «Марлинов». Я слышал, что их свадьба назначена на День святого Валентина в следующем году.

Дэни все так же сурово смотрела на него, из чего Брэнд заключил, что говорил недостаточно убедительно.

— Брэнд, я знала Мэрил, когда мы были еще детьми. Она была красивой, умной и всегда знала, что нужно говорить и делать. У Нэнси Эппс есть все это и даже больше. И ты не отрицаешь, что были еще и другие женщины. Ты понимаешь, что я сейчас чувствую?

— Ты должна себя чувствовать чертовски хорошо. Я ни одну женщину не хотел так, как всегда хотел тебя. Удовлетворение, которое я испытывал от секса с ними, — ничто по сравнению с тем наслаждением, которое я получаю всякий раз, когда мы занимаемся любовью с тобой.

Уголки ее губ приподнялись, будто она хотела улыбнуться.

— Брэнд, иногда мне бывает страшно. Я не могу подавить в себе страх, что ты устанешь от меня, что тебе захочется женщину, над которой не будут смеяться твои друзья.

Те, кто устраивает подобные шикарные вечеринки, презирают таких, как она, людей низкого происхождения, не имеющих высшего образования и хороших манер.

— Иди ко мне.

Не обращая внимания на боль, которая мучила его каждый раз, стоило ему лишь пошевелиться, Брэнд протянул к ней руки. Ощущая скорее удовлетворение, чем дискомфорт, он застонал, когда Дэни окунулась в его объятия. Брэнд вздохнул с облегчением, почувствовав, что она расслабилась.

— Я принесла тебе завтрак, — напомнила Дэни.

Брэнд улыбнулся, провел носом по ее шее и сел на кровати.

— Ты посидишь со мной?

— Хочешь, я покормлю тебя?

— Да? Ты сможешь? Знаешь мне ужасно больно двигать рукой.

Дэни кивнула и поставила поднос себе на колени. Она накормила его блинчиками с мясом, потом налила в чашку кофе и протянула ее Брэнду.