От этого взгляда мое сердце сжимается и мне становится горько. Потому что вот вчера еще... Да, даже сегодня пару часов назад, в его глазах было восхищение. И я под взглядом чувствовала себя красивой и любимой, защищенной и нужной.

Молча и неспеша идет в сторону кухни.

Дверь открыта. И мне видно, как он спокойно наливает в две чашечки из заварочника чай, как добавляет туда воды из термопода.

Мне бы нужно трястись от страха. Или, может, от ярости из-за того, как он со мной поступил и из-за того, заодно, что он мне даже не удосужился ответить...

А я, как дурочка, любуюсь широким разворотом его плеч, уверенными и точными движениями рук. Я любуюсь даже его коротко постриженным затылком!

И думаю совершенно неуместное - какой он красивый...

Несет на маленьком деревянном подносе две чашечки. Позавчера еще вот точно также он нес нарезанные мною бутерброды нам в постель. И потом мы прямо там, подшучивая друг над другом и периодически целуясь, ели их, засыпая крошками простыни.

Зачем он это делает сейчас?

Ведь ясно же, что не его это роль - поить чаем человека, которого он считает предателем!

- Пей! - командует, беря в руки свою чашку и садясь с нею в соседнее кресло. - Если есть хочешь, можешь взять в холодильнике.

Смотрю на него с удивлением.

Есть? Сейчас?

От мысли о еде у меня буквально в узел скручивается желудок и к горлу подкатывает тошнота.

Я, вообще-то, вот буквально недавно думала, что меня убьют! Как после такого можно есть и пить?!

Да и когда он тащил меня за собой из подвала, он не выглядел человеком, который ведет на ужин любимую женщину. Что изменилось теперь?

Смотрю на него. Он спокойно пьет чай, как будто не он только что кричал на меня там, в подвале! Ну, да, да, я, конечно, спровоцировала, да и ситуация так жутко сложилась, но быстро же он взял себя в руки!

И, конечно, он не станет сейчас откровенничать со мной! Ясно же, что он считает меня предательницей. Смысл окровенничать с предателями? Да и что я стала бы делать с такой информацией? Ну, вот, например, он виноват в смерти жены и ребенка? И что я сделаю? Ничего... А вот если он не виноват? И снова у меня никаких вариантов...

По тому, как он на меня смотрит - внимательно, задумчиво, словно просчитывает моё дальнейшее поведение, - я вдруг понимаю, что именно он сейчас будет говорить, и для чего всё это представление с чаепитием. Он будет торговаться со мной! Так, словно уверен, что я его предала. И что сделала это за деньги!

И оказываюсь права.

- Сколько тебе заплатили? - спрашивает без единой эмоции в голосе. - Я мог бы дать в разы больше. И что, конкретно, ты должна была сделать? Документы - это понятно. А со мной, что? Какова окончательная цель? Давай так договоримся. Ты рассказываешь мне правду. А я даю тебе денег столько, чтобы хватило уехать куда-нибудь подальше и забочусь о твоей безопасности в том месте, где ты будешь находиться.

То есть он даже не сомневается в том, что я его предала, но при этом готов дать денег и сослать куда-нибудь в Сибирь (или куда? На Бали? В Тайланд? Куда?), чтобы я просто там жила? С чего бы такая щедрость?

У меня мелькает мысль. Которая на мгновение заставляет сладко сжаться сердце. А вдруг? Вдруг он это предалагает потому, что... любит меня?

Но я же не дура! После того, что случилось сегодня, я, наконец, поняла, что это за люди, и в какие "игры" они играют. И что за человек конкретно этот мужчина. Не может он любить. Такие не умеют этого...

- А давай, - заявляю ему. - Я расскажу тебе кое-что другое?

Нет, я не жду ответа на свой вопрос! Я продолжаю сразу же, не сводя с него глаз.

- Анаит - сестра твоей жены. Она считает, что в смерти ее любимой сестры виноват ты. Она жила здесь, надеясь отомстить тебе. Но не убить. А как-то иначе, более извращенно. Я не знаю... Может, она как раз и подсыпала тебе в еду что-то.

- Но наркотики нашли в твоих вещах.

- Это наркотики были? Ох, ну...

Ну, что сказать? Что какая-то бомжеватого вида тетка на улице просто взяла и дала мне коробочку с наркотиками? В это даже я сама не верю! Но ведь именно так и было!