— А как же дети? — спросила она через минуту.

— А что дети?

— Неужели тебе не хочется иметь детей?

— Нет. Я не люблю детей, и у меня нет эгоистической потребности воспроизвести себя в детях. Для меня самое главное — отношения с женщиной, а дети могут быть только приложением к этим отношениям. Расскажи мне о своих детях, а также о том, почему у тебя нет детей от Джо.

— Видимо, потому, что у нас никогда не было тех отношений, о которых ты только что говорил.

— Разумно. А как насчет всего остального?

— Чего именно?

— Ну, других отношений и других Детей. Каролина, ты очень скрытная.

Она неохотно рассказала ему об Уильяме, Хлое, Тоби и Джолионе.

— Почему же ты вышла замуж за этого старого пердуна?

Услышав это, Каролина разозлилась:

— Не смей употреблять при мне эти гнусные слова!

Я всегда любила Уильяма. Спокойной ночи.

Он удивленно пожал плечами, когда Каролина выскочила из ресторана.

По дороге домой она долго не могла успокоиться.

В шесть часов утра ей позвонил Магнус.

— Извини меня, — сказал он. — Мне жаль, что я оскорбил тебя.

Каролина яс удостоила его ответом.

— Я могу прийти к тебе?

— Где ты сейчас?

— На улице возле твоего дома.

Она глубоко вздохнула:

— Ладно, заходи.

В глазах Магнуса она заметила раскаяние. Он был не брит и весь в дорожной пыли.

— Я не слезал со своего мотоцикла почти три часа, — устало сказал он. — Мне пришлось смотаться в Брайтон.

— Ты просто безумный, — ласково сказала Каролина.

— Знаю. Могу ли я помыться?

— Конечно.

— Хочешь присоединиться ко мне?

— Ни в коем случае.

Через некоторое время они вместе стояли под душем и нежно обнимались. Он осыпал ее лицо страстными поцелуями. Затем оба опустились на колени.

— Дорогая, милая Каролина, — шептал Магнус, настойчиво раздвигая ее ноги.

Когда все закончилось, они обернулись большими полотенцами и пошли на кухню выпить кофе. Господи, как это могло случиться? Да еще в доме Джо! Однако шокированная Каролина испытывала радость.

— Дорогая, мне так хочется сказать тебе что-нибудь приятное. — Он поправлял ее растрепанные волосы.

— Не надо, — возразила Каролина. — Пожалуйста, Магнус, не говори ничего. Это слишком опасно.

Слово «опасно» привело ее в чувство. Она вспомнила, что до сих пор ничего не рассказала ему о Брендоне и Флер. Впрочем, это слишком личное дело его не касается. К тому же она не была вполне уверена в том, что можно безоглядно доверять этому человеку.

Глава 24

1969-1970

Флер лежала рядом с Пирсом и думала о том, что бы сказали многочисленные поклонники этого знаменитого актера, увидев его здесь, в столь неприглядном виде. Из уголка его открытого рта стекала тонкая струйка слюны.

К тому же Пирс храпел. Его прекрасные волосы, известные всему миру, слиплись от пота, а их корни, как заметила Флер, были совершенно седыми. Да уж, сейчас он не похож на Ромео, злорадно подумала она.

Флер отвернулась, стараясь забыть о том, что привело их в душный номер отеля «Алгонкин». Больше всего Флер занимала мысль о мщении. Когда лучше нанести ему удар: сегодня утром или в какой-нибудь другой день?

Она возится с ним уже больше года, а он так и не признался, что был в Голливуде до 1959 года.

Флер продолжала бы этот роман, если бы он доставлял ей хоть малейшее удовольствие. Даже с Найджелом было гораздо веселее. Тот был значительно щедрее и в отличие от Пирса обладал чувством юмора. Правда, Пирс всегда снимал в гостиницах дорогие номера, заказывал самое лучшее шампанское и не жалел денег на свои костюмы, но при этом всячески уклонялся оттого, чтобы купить ей дорогой подарок, почти никогда не приносил Флер цветы, да и вообще был скрягой.

В постели Пирс оказался сущим профаном. Флер никогда не испытывала симпатии к Хлое, но, переспав с Пирсом, почувствовала жалость к сестре. Его маленький, жалкий пенис не мог никому доставить удовольствия. При этом Пирс почти сразу кончал. Этот тип щедро расточал только комплименты, и слова о своих глубоких чувствах.