Копать, будучи одноруким роботом – не самое легкое занятие, впрочем, это была меньшая из моих проблем. На то, чтобы прокопать завал и раскрошить рухнувшую плиту, перекрывшую коридор, потребовалось чуть больше трех часов. Наконец, проход оказался достаточно широк, чтобы в него стало возможно пролезть. Эля могла еще минут двадцать назад протиснуться, но ее, понятное дело, никто не пустил. Хоть она и порывалась. С освещением возле завала оказалось никак. Впрочем, на этот случай у нас имелись фонарики, но лучше бы их не было.
Эля не закричала, когда увидела трупы. Она просто впала в прострацию и все. Пришлось ее встряхнуть.
– А? – сфокусировала она на мне пустой взгляд, без единого проблеска мысли.
– Они мертвы уже двести лет, это как экспонаты в музее, понимаешь?
– Угу, – бурчит она, потихоньку оживая.
– Просто экспонаты из прошлого.
– Да поняла я, – потрясла головой Эля, справляясь с шоком.
– Просто экспонаты, повтори, – встряхиваю ее, не давая скатиться из одной крайности в другу.
– Это просто экспонаты из прошлого, – выдавливает она, стараясь не стучать зубами.
С грехом пополам, но удалось избежать истерики, переключив Элю на дело и напомнив о цели нашего приезда. Аник справился сам и довольно быстро стряхнул наваждение, включившись в тормошение Эли. Вдвоем мы более-менее, насколько такое вообще возможно в нашей ситуации, привели малышку в чувство. Взяв ее с двух сторон за руки, мы отправились вглубь комплекса.
Шли не долго. Ровно до первого убитого Ареса. Поломанная, разбитая в хлам машина, сидела в конце коридора, аккурат на развилке. Робот опирался спиной на стену и чуть согнувшись опустив голову вниз. Грудная броня оказалась проплавленной.
Освободил манипулятор от ладошки Эли, присел рядом с собратом и сместил его. Положив на бок.
– Почти насквозь, – удивилась Эля.
– Тяжелый излучатель, новейшая разработка Империи для борьбы с нами. В поле от него толку мало, но при штурме защищенных объектов, вроде этого, в ограниченном пространстве, как видишь, вполне эффективно.
– Что тут произошло? – спросил Аник, осматривая посеченный коридор.
– Бой. Тут случился очередной бой. Это верхние уровни тайной части. Мы встретили врага тут и выдавили наверх. Мой отряд ушел дальше, требовалось уничтожить штаб наступления. Пока противник перегруппировывался, прилетели ракеты.
– Так эту базу уничтожили свои же, – прикрыла рот рукой Эля, видимо не желая верить в собственную догадку. – Это наши… – она не решилась, а может и просто не нашла слов, но и ее взмаха рукой за спину оказалось достаточно.
– Да, Эля, на войне такое случается.
– Но…
– На войне свои законы. Это не просто база. Тут создавали нас. Отдать такое врагу нельзя, вот и нанесли ядерный удар. И здесь не обошлось без предательства. Мы должны были обеспечить эвакуацию персонала, а не драться с штурмовыми отрядами. Поэтому на задании нас было более тридцати машин, колоссальная цифра по меркам войны. Но штатные системы отказали все вдруг и разом.
– А почему его не используют? Если…
– Потому что о комплексе знали имперцы, и они добавили сюда своих ракет. К тому же, тут лет пятьдесят жутко фонило. По округе бегали недобитки всех мастей. Разруха и прочие послевоенные прелести, – махнул рукой и добавил. – Возможно, данные просто затерялись. Это все же был один из самых охраняемых секретов. Возможно, их удалили специально, война ведь не закончилась с уничтожением этой базы, а еще шла долгие годы. Я более чем уверен что есть еще сохранившиеся комплексы, пусть даже заброшенные или наоборот работающие по сей день. Пару раз все висело на волоске. Могли и просто посчитать, что тут ничего не осталось. Персонал не сумел восстановить связь, не подал сигнала, после двойного удара – весьма показательно.
– И откуда ты все это знаешь? – присев у стены, Эля принялась массировать виски. Всего этого для нее оказалось слишком много.
Как только появится возможность, заставлю ее отоспаться и отдохнуть, ни о чем не думая с месяц. Или два. Ей это жизненно необходимо. Но и загадки отгадывать довольно. Пожалуй, так даже лучше, сейчас она уже ничему не удивится и все примет.
– От братьев.
– Э…
– От них, Эля, – указываю на мертвого робота на полу.
– А…
– Понятия не имею, нет данных. Помнишь мой сбой недавно?
– Да.