– Совет спорит по поводу управления ВОРОН-ом. Вопрос уже не в том, будет ли создана организация, а в том, кто её возглавит. Джонсон просит твоей помощи в урегулировании нарастающего конфликта, как лицо предложившее эту идею в целом.

– Спасибо. Уже подключаюсь.

Вздохнув и помянув мысленно идиотов, я поднялся, одновременно подключаясь к системам зала заседаний.

– Прости милая… – Произношу, приложившись лицевой пластиной к стеклу. – … мне пора. Прости, что не смог тебя защитить, прости эту груду железа… но обещаю… я клянусь, мы с тобой еще встретимся. Я сделаю все, что в моих силах…

– …мы сделаем… – Последние слова, раздавшиеся в лаборатории, принадлежали не одному роботу. Нет. Они принадлежали десяткам, сотням хозяев, создавая вместе единый многогранный уникальный голос.

***

Зал совета.

– Моя компания выделила тридцать процентов своих мощностей, и мы имеем право на…

– Сколько? Тридцать? Да тут есть те, кто выделили двадцать, которые в два раза перекрывают ваши тридцать, но молчат!

– Друзья, не ссорьтесь. – Джонсон всеми силами старался успокоить членов совета, которые тянули одеяло на себя, пытаясь выбить себе как можно больше прав в будущей организации, но безуспешно. Если бы не спешка, если бы не экстренные меры, он бы спокойно, как и совет урегулировал этот момент, но когда приходиться действовать в спешке, на эмоциях, происходит нечто подобное. Но внезапно, его датапад ожил.

– Вижу, ты не справляешься. – Гласило сообщение. Видя, что оно без подписи, гадать над тем, кто его отправил, не пришлось. – Почему не подключаешь Маршала?

– Он занят. А еще, он просил передать тебе это». – Вместе с сообщением, ушел уникальный доступ командного приоритета. По сути, лидеру Войдов присваивали новый статус. Соответствующий новому положению дел.

– Сейчас буду.

Ровно через пять минут, двери распахнулись, и в них вошёл Сайбер в своей гражданской платформе… ну как гражданской. Сложенное за спиной автоматическое оружие, мощный генератор щита и встроенный в руку плазменный резак. Вот такая вот «Гражданская» платформа у ветерана войны. И нечто подобное было у всех Овервойдов.

Между тем, при появлении робота, все затихли. Молчаливо наблюдавший Нодж, до этого не проявляющий к происходящему никакого интереса, подался вперед и внимательно посмотрел на вошедшего искина. Пройдя вдоль притихших людей, Сайбер стал рядом с экраном и заговорил.

– Прежде чем начать, я хотел бы уточнить суть конфликта.

– Чего?

– Чего конкретно, вы пытаетесь добиться этими спорами?

– Ну… На сколько мы поняли, ВОРОН – организация финансируемая высшим советом частных компаний, то есть нами. И в договоре, который мы собираемся подписать, указано, что совет может оказывать непосредственное влияние на саму организацию. Следовательно, мы пытаемся разобрать, кто и как будет…

– Вы неверно поняли. – Сайбер поднял руку, прерывая человека. – ВОРОН – это в первую очередь Войска(!) Оперативного Реагирования Особого Назначения, целью которых является отслеживание угрозы и максимально эффективное её устранение с использованием передовых технологий. Это военная организация, подчиняющаяся непосредственно(!) Союзу, а точнее четырем уполномоченным лицам: Главнокомандующему, Маршалу, мне и одному из членов В.С.К. (Высший Совет Компаний). ВОРОН – это организация, в которую будут входить не только люди, но и машины, причем на равных основаниях, преследуемые одну и ту же цель.

– Что за наглость! – Воскликнул Ричард Лорс, глава компании «УрТех», создающей передовое вооружение для армии Союза. – Вы хотите сказать, что мы используем свои ресурсы, свои деньги и свое влияние, на откровенную авантюру в лице вашего ВОРОН-а? Сайбер, а не слишком ли много вы на себя берете?

– Ричард, я повторюсь. Вы(!), не понимаете всю серьезность возникшей ситуации.

– Объясните. – Потребовал тот, но в этот момент некоторые заметили, как скривился Сильвер, и решили не встревать.

– Я и мои братья стараемся дать Союзу шанс на выживание и стараемся всеми силами…

– Ну да, ваши мифические враги, которые могут прийти и нас всех уничтожить. Ну-ну, знаем мы эту песню…