Я выразительно посмотрел на друга. Он, в свою очередь, покосился на повольника и вспомнил о местных устоях и правилах приличия. Увы, легче от этого не стало. Такого только могила исправит:

— Простите, барин, был не прав. Можете запороть меня на конюшне.

— Не паясничай, — сморщился я от клоунады друга. — Корней Кондратьевич, это был тахрун, который с большой долей вероятности может привести нас к баобабу, где живет рой тигровых пчел. Теперь вопрос к вам: что мы со всем этим сможем сделать?

— Да откуда же мне знать⁈ — чуть ли не страдальческим тоном изрек повольник, ухватив себя за бороду. Он наверняка ехал сюда с мыслью задавить своим опытом и знанием беловодских реалий приезжего и неотесанного мага. — Мы в Крону ходим не так уж часто. В основном охотимся в Подлесках и собираем всякое разное вдоль рек и по берегам озер.

— Тогда и я не знаю, — искренне расстроился я.

— Так, стоп, — сказал повольник, дернув себя за бороду и этим словно переключив скорость мыслительного процесса. — Корчагу закусал такой рой. Не помогла даже стеганка из фаграшьего меха. Значит, только амулет… которого у вас нет.

— Если вы о «дезинсекторе», то он у меня есть.

— Уровень? — деловито спросил повольник.

— Второй, — ответил я и увидел, как Корней недовольно поморщился:

— Мало, это вам не мух гонять…

— Не попробуем — не узнаем, — уперся я.

— Дар Зимин, — вздохнув, как при разговоре с маленьким ребенком, сказал повольник, — я не особо много знаю о тигровых пчелах, хотя и изучал их, когда пытался самостоятельно сварить медовуху, но одно уяснил крепко — укус пчелы вас не убьет, а вот если ужалит десяток, то окочурится даже кабан. Пара десятков пчел, возможно, смогут убить и единорога.

Баламут нахмурился, явно опять включив паранойю. Да и сам я призадумался.

В этот момент Чуча горестно завыл.

Похоже, он не только человеческую речь понимает, но и мысли способен читать. К тому же накал его эмоций навевал мысли о слишком уж нездоровой тяге тахруна к этим самым личинкам. Может быть, они какие-то наркотические?

— Заткнись, крыса, батька думать будет.

Он опять послушался.

Нет, эту животину точно нужно сдать в академию.

— Предположим, я попробую и у меня получится добраться до роя. Что дальше?

— В голову приходит только по-быстрому срезать один из ульев и бежать оттуда, — развел руками повольник. — Советы самоубийцам давать не берусь.

Оценив степень моей задумчивости, Баламут реально обеспокоился и, подойдя к любимому шефу и сюзерену, постучал указательным пальцем по тулье моей шляпы:

— Але, там кто сейчас у руля, Домовой или Демон?

— Нет у меня никакого раздвоения личности, — отмахнулся я от назойливого друга.

— Ага, все шизики именно так и говорят.

— Так, Баламут, — уже всерьез разозлился я, — что-то ты сегодня слишком говорливый!

Судя по всплеску смущения, он и сам понял, что хватил лишку с показным панибратством. С другой стороны, ничего удивительного в этом нет — просто он хотел показать новому коллеге, что у нас царят не стандартные для этого мира отношения «сюзерен-вассал», а вполне себе нормальная мужская дружба. Впрочем, зря старался — Корней и без этого относился к нам почти одинаково. Да и вообще у повольников, судя по всему, царит дикая демократия.

— Сделаем так, — все же приняв решение, резюмировал я. — Сейчас идем за Чучей и осторожно…

— Никита, — уже серьезным тоном попытался возразить Гена.

— Я же сказал — осторожно посмотрим, что там да как. В Крону пойду один. Вы подождете внизу и подальше от теоретического места падения улья. Все, запрягаемся.

То, как я обзывал процесс нашего снаряжения по боевому расписанию, почему-то бесило Баламута. Именно поэтому мне и нравилось данное слово, хотя сам понимаю, что шутка так себе.

Корней отправился в гостевую комнату, которую я выделил ему бесплатно, так сказать, с барского плеча. Ну не спать же будущему союзнику в ангаре? Когда явятся всем семейным подрядом, тогда и переселим старика в мастерскую. А может, пусть там ютится молодежь, а старика определим в один из пустующих кубриков для персонала?

Посмотрим, как будет себя вести вся эта семейка и сколько профита мы с них поимеем.