В голову сразу ни с того ни с сего полезли совершенно ненужные мысли, от которых захотелось выругаться, но я быстренько их придавила за горло, не позволяя продолжать беспредел в моем воображении.

Пришлось согласиться, ведь повода для отказа не было, хотя я и могла придумать, что у меня сильно болит голова или что-то подобное.

И вот сейчас, стоя посреди кабинета хозяина дома, я тысячу раз успела пожалеть, что явилась сюда.

– Если бы от этого не зависело многое, то я не осмелился бы надоедать вам своими просьбами, – настаивал герцог. – Для меня это очень важно.

– Значит, – злилась я с каждой секундой все больше, – главнокомандующий знает обо мне, так? – спросила я, не отводя глаз от Эртана.

– Здесь я хочу пояснить, что от него у меня нет секретов и никогда не было, – ответил уверенно его светлость. – Ториш мне как брат, на которого я могу с легкостью положиться даже в самой сложной ситуации.

Повернув голову в сторону стража, в глазах которого читалась вина, ведь он делал вид, что ничего не знает обо мне, я недовольно прищурилась.

– А ведь вы вызывали у меня подозрение и ни раз, – сказала я ему. – Например, возле дома Айрин…

– Анастасия, – шагнул ко мне главнокомандующий, – я не догадывался, как вы отреагируете на мои знания. Не вы мне рассказали о себе, и не мне было поднимать об этом разговор.

Внимательно посмотрев ему в глаза, я поняла, что он прав. Скажи он правду, что в курсе о моей иномирности, то подставил бы герцога.

«Наверное, на его месте я поступила бы так же», – вздохнула, переводя внимание на Эртана.

– Для меня это действительно очень важно, – качнул он головой. – Графиня будет спать, не проснется до утра. У нее в еде была вытяжка сон-травы…

– Но она в положении! – вырвалось у меня. – Разве можно давать беременной подобное?

– Переживаете за нее? – как-то странно хмыкнул герцог. – Это только лишний раз доказывает, что вы не из нашего мира. Она вам такую гадость сделала, едва на виселицу не обрекла, а вы переживаете за ее здоровье…

– Не за ее здоровье, – мотнула я головой, – а за здоровье ее ребенка. Кстати, он и ваш тоже, если вы забыли, то позвольте напомнить!

В комнате повисла напряженная тишина, и я поспешила прикусить язык, так как на эмоциях ляпнула много лишнего и не подобающего.

– Ещё не факт, что он мой, – вздохнул устало хозяин дома. – Но как бы там не было вы правы, здоровье малыша превыше всего, поэтому могу со всей уверенностью заявить, что сон-трава ничем не навредит. Я проконсультировался, прежде чем совершить подобное.

Не понимала, что происходит. Его светлость ничего толком не объяснял, только просил сделать то, что мне совершенно не хотелось. А именно: забраться в комнату к графине и пока она спит, воссоздать копию ее кольца, чтобы заменить его на настоящее.

– Я не хочу никому вредить, – напряженно поджала губы. – Пусть графиня и не из самых лучших женщин, но все же не желаю стать причиной ее бед.

– Всё не так, как вы подумали, – Эртан поднялся из кресла, взлохматив волосы. – Я пострадавшая сторона в нашей с ней истории. Она… – его речь оборвалась, но спустя секунду слова вновь полились на свободу, – она что-то сделала со мной. Как-то пленила, временно внушила чувства к себе и всё это Оливия провернула при помощи своего кольца, которое я и прошу забрать. Анастасия, если вы не поможете, то я бесповоротно и навсегда попаду в ее сети…

51. Правда уже близка

Эртан

Я решил, что бессмысленно скрывать правду от Анастасии, поэтому поведал почти все, пусть и не расписывая в красках. Она женщина умная, поймет и так.

– Хотите сказать, что графиня приворожила вас? – округлила глаза иномирная гувернантка, смотря на меня с недоверием. – И чем же вызвано ваше предположение?

– Понимаете, – кашлянул я, испытывая неловкость от того, что обсуждаю данную тему с прекрасным полом, – мои чувства к графине Дорьен вспыхнули подозрительно мгновенно и также стремительно погасли, и это несмотря на то, что Оливия совершенно не в моем вкусе…

Скептицизм в глазах Анастасии отчетливо увеличивался, и я начал понимать, что мои слова не убедили ее.