Впрочем, у Селестина сейчас были куда более важные дела. Например, его очень обеспокоило то, что он, будучи во взбешенном состоянии, умудрился напугать Кирьяну.

Возможно, он бы и не придал этому значение, если бы не один момент. Селестину показалось, что в приступе гнева он был словно одержим. Словно внутри него что-то поселилось и управляло им. И теперь он хотел проверить на семейных артефактах, не наслали ли на него проклятие, как на его брата Аларэш Искандера. Не одержим ли он астральным паразитом. Последние были крайне редки, но все же встречались.

Все же Селестин не собирался подвергать Кирьяну опасности. А раз так, то нужно выяснить, что за странности с ним происходят.

Он вышел в приемную, забрал, ненужные уже Милендарель, документы Кирьяны и, спрятав их во внутренний карман камзола, быстро спустился во двор.

Солнце вовсю припекало. В прогретом воздухе витал запах нагретого камня и аромат цветов. Стоило Селестину выйти из корпуса, как на нем скрестились десятки пар напряженных глаз. Вокруг главного корпуса было слишком много зевак. Они взволнованно обсуждали собрание с новым ректором. По возбужденным лицам Селестин видел, что не всем всё понравилось.

«Пусть. Им полезно. Давно нужно было встряхнуть это болото» , — мысленно хмыкнул Селестин.

Он спустился по ступенькам и прошел за угол корпуса, где в тени раскидистой акации был припаркован его магмобиль. Селестин сел в транспорт, нажал кнопки включения и, как только руны засветились, дернул рычаг активации, а следом нажал педаль скорости. Урчащий мобиль мгновенно рванул вперед, стрелой проносясь по дороге к выходу.

Во дворец Селестин добрался быстро. Погруженный в раздумья про академию и Кирьяну, он шагал по коридору в свой кабинет. Стоило только зайти внутрь, как из задумчивости его выдернул удивлённый голос секретаря.

— Лорд Индарэш, вы так быстро вернулись?

— О! Ты то мне и нужен, Вацлав, — обрадовался Селестин, что его личный секретарь оказался на месте.

— Я весь внимание, — подобрался парень.

— Вацлав, это задание особо секретное, — серьезно сообщил Селестин, доставая из-за пазухи документы Кирьяны. — Я хочу знать про эту мисс все! Вплоть до её любимого блюда и…

Селестин замолчал сжимая руки в кулаки. Скрипнул зубами и с раздражением в голосе продолжил, усилием воли сдерживая внутреннюю ярость.

— Даже про первую любовь хочу всё знать. Поручи это дело доверенному Псу, но такому, чтобы не болтал лишнее. Командировку я оплачу. Награда тоже будет достойной. Для меня важна абсолютно вся информация. Повторю. Вся!

Вацлав удивленно посмотрел на Селестина.

— Будет сделано, лорд, — взял документы секретарь. — Разрешите идти?

Отпустив секретаря выполнять поручение, Селестин задумался, где может быть его брат-король. Решение второго вопроса было невозможно без Искандера. Поразмыслив, Селестин направился в личное крыло, решив узнать, где король.

Резкий голос брата Селестин услышал, как только открыл дверь в помещение. Нахмурившись, Селестин вошел и плотно закрыл дверь.

Разгневанный Аларэш Искандер отчитывал недовольного принца. Кьен стоял молча, плотно сжав губы. Рядом с принцем стоял уставший, помятый племянник короля — Жан-Эмиль. Вид герцога Кертекского удивил Селестина. Рубашка в бурых разводах, местами порвана, верхние пуговицы отсутствуют. На скуле парня красовался синяк, губа рассечена, а глаза красные, воспаленные

— Мне уже надоели ваши выходки! — орал Аларэш Искандер. — Жан, о чем ты думал устроив боевую тренировку в Королевском госпитале?

— Это случайно получилось, — буркнул герцег, до хруста сжав кулаки.

— Случайным бывает свидетель! — рявкнул король. — Кстати, на твою выходку их нашлось с десяток!

— Но отец, ведь Эмиль… — решил вступиться за друга принц Кьен.

— Боевой маг без признаков ума! — перебил сына король, зло выдыхая. — В общем, так! Вы оба до конца лета под домашним арестом. Когда в ДАМ начнется прием, вас конвоируют туда. Дальше. Жан-Эмиль, ещё хоть одна выходка… Да просто замечание. И о твоем истинном поведении узнает семья.

Угроза подействовала. Герцег вскинулся и неверяще посмотрел на дядю-короля.

— И не смотри на меня так, — уже начал успокаиваться король. — Я очень люблю свою сестру, но моё нежелание её расстраивать твоими выходками привело к сегодняшней ситуации.