Я встала и попыталась обойти хирургический стол так, чтобы не разорвать контакта. При этом мои кандалы очень мешали это сделать, хотя я их подтягивала вверх, они все равно съезжали, норовя упасть прямо на герцога.

— Послушайте, лорд Самиршель, может, вы все же снимите с мисс наручники? — не выдержал второй целитель. — Они мешают лечению. Да и в них нет необходимости, мы в госпитале.

С какой же неохотой сероглазый отлепился от стены и подошел ко мне. Как же ему не хотелось снимать с меня эти треклятые кандалы, по ошибке именуемые наручниками, но этому придурку ничего другого не оставалось. Ему пришлось выполнить распоряжение целителя. При этом сероглазый посмотрел на меня так подозрительно, словно я вот прямо сейчас сбегу, при этом уничтожив всех присутствующих.

Мне до взглядов этого подозрительного придурка не было никакого дела. После снятия наручников я облегченно вздохнула и покосилась на запястья. Они покраснели и болели. На нежной коже виднелись царапины от грубого железа.

«Вот же козлина!» — подумала в сердцах, отзеркаливая взгляд сероглазого.

У этого мужика, что, проблемы на личном фронте? Или у него фантазии про игры с наручниками? Так я не по этому направлению. Пусть и не зыркает в мою сторону.

Вот как теперь прикажете появиться в ДАМ с такими руками? Что про меня подумают? Хотя в моем положении больше сплетен или меньше, ещё одна уже никакой роли не сыграет.

Но все равно, моей злости не было предела. Именно она и придала мне сил, хотя я чувствовала жуткую усталость.

Наградив сероглазого злым взглядом я прошла и села на выделенное мне докторами место. Первый целитель взял мою левую ладонь и быстро чиркнул по ней скальпелем, потом так же полоснул бледную до белизны руку герцога. Не успела я испугаться антисанитарии, как на порезанную ладонь герцога положили большой диск, расписанный рунами. Сверху этот артефакт накрыли моей рукой.

— Все. Магическое переливание запущено. Мисс, если вдруг станет плохо… Ну там головокружение или тошнота, сразу же сообщайте.

Я лишь кивнула и уселась поудобнее.

Порезанную руку щипало и немного дергало. Но это было терпимо. Вздохнув, я посмотрела на заострившиеся черты лица герцога, подмечая его трогательность в таком состоянии. Скосила глаза на обнаженный торс. Посмотрела на пресловутые кубики на обнаженном животе. Глянула на бедра, и на… Моргнула. А потом очень быстро перевела взгляд обратно на лицо герцога, чувствуя, как краснеют мои щеки.

Вот же ж… Хоть бы прикрыли человека, а то светят тут всеми его герцогскими прелестями.

Когда уловила движение сбоку, осторожно покосилась, и только убедившись, что герцог накрыт, смогла спокойно развернуться. Вокруг слаженно работали целители, проводя операцию. А я порадовалась, что от вида крови меня не мутит, и я не падаю в обморок.

Но все равно постаралась сосредоточиться на лице герцога. Когда ещё доведется так спокойно рассмотреть этого мужчину? Теперь я понимала всех женщин, что вешались на этого красавчика. Герцог Кертерский был невероятно красив. Вообще, в этом мире очень много красивых мужчин. Особенно среди аристократов. Интересно… Это действие так называемой голубой крови?

Я сидела, держала герцога за руку и думала, что вот такой раненый, нуждающийся в заботе, он мне не кажется сволочью. И зачем, спрашивается, так себя вести? Неужели нельзя быть нормальным? Ведь после сегодняшнего поступка я уже не поверю, что он законченный подонок. Есть и у него светлая сторона. И ему не чуждо добро.

Вздохнув, положила голову на собственные руки. Слишком много мыслей, а я устала. Тело начало медленно наливаться тяжестью. В ушах слегка зашумело. Звуки стали отдаляться, утратили четкость, превратившись в неразборчивый фон. Я начала медленно проваливаться в вязкий дрём, ощущая, как сковывается неподвижностью тело.

Тем неожиданней стало, когда меня из тяжелого сна выдернул знакомый голос.

— Лорд Самиршель, потрудитесь объяснить свое поведение в отношении герцога Кертерского и мисс Астон!

— Ваше Высочество, эта мисс подозревается в сговоре с ренегатами.

«О!.. Кьен пожаловал. Ну сейчас начнется» , — вяло отреагировал мой мозг. Подумал и решил спать дальше.