Вновь полыхнуло внутри обжигающей злостью. Словно в груди зарождался огненный вулкан. Сжала руки в кулаки, а потом расслабила кисти рук, позволив злости запустить адреналин в кровь. Нужно было срочно изменить вектор интересов девицы.

— Интересный и крайне неправильный вывод. Даже интересно, где еще были допущены ошибки?.. — произнесла с напускной задумчивостью, но максимально уверенно.

Мне казалось, что мышцы лица окаменели, натянутая улыбка словно приклеилась на лицо. Сердце грохотало в ушах, а я про себя как мантру повторяла:

«Моя уверенность кремень. Я сила. Я мощь. Я разящая сталь» .

— Что?.. — опешила девица.

— Я адептка этой группы, — голос прозвучал властно и спокойно. — Меня зовут Кирьяна Астон.

Девица нахмурилась, а потом негодующе произнесла:

— Да они издеваются!.. Почему благородные аристократы должны учиться в одной группе с грязной чернью и убогой прислугой⁈ Это недопустимо! Всех этих, — в этот момент визгливая девица ткнула тонким пальчиком в пятёрку из народа, — вообще нужно исключить! Они не достойны!

Новый поток обжигающей злости колыхнулся внутри, грозя вырваться наружу. Само собой вспомнилась история Земли и известный «циркуляр о кухаркиных детях» и то, как относились земные дворяне к «недостойным» из низов. Наверное, во мне взыграла память предка-революционера и что-то кровожадное отразилось на лице. Девица перестала возмущаться, а остальные из аристократов заметно напряглись. Даже представители простого народа выглядели настороженно.

Усилием воли я подавила грозящую вырваться наружу ярость и выдала спокойным, даже менторским тоном:

— Леди, судя по вашей реакции на представителей трудового сословия, можно сделать неутешительные выводы. — Я сделала паузу, ловя во взглядах присутствующих невысказанный вопрос, а потому не стала затягивать с ответом. — Вывод очевидный, леди. У вас финансовые проблемы. Хотите об этом поговорить?

— Ш-ш-што? — взвилась девица, когда отошла от первого шока. — Да как ты смеешь так со мной говорить! Ты!.. Ты грязная оборванка!..

— Ещё и триггер-пункт с чистотой… — нарочито печально произнесла я, изображая прожженного психолога. — Интересно, это какое-то душевное отклонение в виде фобии, или речь о чистоте крови?

Вот клянусь, я ляпнула просто исходя из логики и никак не ожидала, что в аудитории повиснет гробовая тишина. Визгливая девица замолчала на полуслове. Вначале она побледнела, потом залилась краской стыда, словно я словила её на чем-то постыдном. Я видела, как многозначительно стали переглядываться некоторые адепты, видела, как удивленно вскинул брови «дипломат».

«Не поняла… Это я что, попала в яблочко? Интересно в какое?..» — пронеслось в моей голове недоуменное, но я сосредоточилась на взявшей себя в руки визгливой.

— У меня нет проблем! И быть не может! — Гордо вздернула подбородок девица. — В этой группе учатся с самым высоким даром. У простолюдинов в принципе не может быть много искр. Этот факт противен самой природе! Кроме того, твой акцент… — скривилась аристократка.

А вот это стало интересно. Про такой момент, как акцент я до сегодняшнего дня не задумывалась. Объективно моя душа переселилась в тело местной девы, и пусть я думаю на русском, но говорю же на всеобщем имперансе. Так какой у меня может быть акцент?

— Я урожденная княжества Филандара, — спокойно сообщила я. — Ну а про искры, то у меня не завершенные десять искр.

После этих слов в аудитории повисла тишина, а всё внимание теперь было направлено на меня. В глазах визгливой сверкнуло что-то нехорошее, и она с премерзкой улыбочкой произнесла:

— Так ты нагулянная… Вот откуда искры. Незаконнорожденная! — слова девицы сочились ядом, она торжествовала.

Не знаю, чего ожидали от меня, но точно не того, что я сделала. От очередных инсинуаций моего происхождения я расхохоталась. Притом так сильно, что на глазах проступили слезы. Я смеялась, держась за живот, и пыталась произнести хоть слово. Выходило не очень.

— Леди вы… Ха-ха-ха… Ой, не могу… ха-ха-ха. Вы еще спросите, не было ли у меня в родне гномов, — с трудом произнесла я.

Моим поведением девица явно оскорбилась. Не знаю, чем бы все закончилось, но сзади неожиданно раздался знакомый голос. Я обернулась, чтобы увидеть входящего в аудиторию преподавателя.