Через большое стекло наблюдаю за людьми в пиццерии, на столиках тарелки и напитки, разговаривают, смеются. Так обыденно, так легко все.

- Где Цезарь? - спрашиваю, успокоившись.

- Во дворе оставил. Ты же понеслась неизвестно куда, - ровный голос, скучающе смотрит по сторонам.

- Я так не могу уже, - вздыхаю.

- А я, по-твоему, от радости прыгаю? - он поворачивает голову.

- Вы даже с Антоном, - беру его руку, вкладываю в ладонь телефон. - Обсуждаете не меня, а игрушку, кому достанется.

- Ой, - он закатывает глаза. - А тебе оно надо, вникать?

- А я ни при чем?

- Ты как думала? Ну ладно, не судьба - и один в сторону отходит? И все на мази сразу, - замолкает. Водит пальцем по экрану. - Много прочитала?

- Ага. Они с Викой вчера переспали, - выкладываю новость.

- Ревнуешь? - он поднимает глаза.

- Нет, - морщу нос.

В его руках оживает сотовый. Читаем имя: Аленчик.

Мама звонит.

Слушаем рэп на входящем.

Глава 27

Качаюсь на качельке.

Завтра четыре пары, а еще родители обрывают телефон, но качаться все же легче, чем решать вопросики. Мама с Ильей летят обратно, и у меня мечта есть - под землю провалиться. И жить там в бункере, как в фильмах. Притвориться, что конец света.

Солнце уже заходит, последние лучи слепят и не греют совсем, и взрослая девочка в коротких кожаных шортах, косухе и высоких сапогах, на детской площадке - пришелец. Особенно, если ее высадили из черного джипа возле злачного места.

Сережа забрал деньги и поехал обратно, рассчитаться с соседкой за потоп, а мне предложил подождать полчасика, в баре или на массаже. Обычном, расслабляющем.

Звучит классно.

Но пока сидела на диване в холле и листала прайс с услугами, администратор Катя там же, за стойкой, стажировала новенькую девицу.

Горячие ласки красивой секси-девушки. Нежные прикосновения губ. Использование техники горячего и холодного дыхания.

Одна сдавала зачет, подглядывая в бумажку, вторая важно кивала. Поправляла ошибки. Думала, в конце скажет: так, ну…на троечку.

Но потом у кого-то очень нетерпеливого “умер дедушка”. Катя сделала страшные глаза - клиенты не должны пересекаться, строго соблюдается тайна. И вытолкала новенькую и, меня заодно, за красную бархатную шторку, через небольшой коридорчик на кухню.

Девица продолжила упражняться в одиночестве. То есть при мне, но я же типа пустое место.

Девушка покроет твое тело сливками, украшая клубникой. И ее сладкие поцелуи доведут до неистового возбуждения. В ответ девушка позволит тебе украсить ее красивое тело, как самое сладкое пирожное. И насладиться кулинарным произведением собственного приготовления, - говорила и гладила себя по шее и по груди, затянутой в корсет. - Как думаешь, это вкусно?

Облизывать незнакомого похотливого самца?

Фу.

Уже хотела выйти, наплевав на конспирацию, какое мне дело, что там у них принято. Но в коридор влетела Катя. Чуть дальше в комнате отдыха тусили три девчонки, она поторопила их к гостям. А меня не выпустила, ткнула острым красным ногтем в живот: сиди тут, пока клиенты не уйдут, или меня наругают.

Оу, наругают, понимаю. У самой головомойка планируется в ближайшее время. Поэтому дальше торчала на кухне, выслушивала от новенькой, что у некоторых нет портфолио, и девушки в белье выходят к гостям вживую. Чтобы те кого-то выбрали. Как на базар приходят, но не насовсем, а на полчаса, час или девяносто минут. Высокая блондинка, на лошадь немного похожа, она шла и жаловалась, что сегодня не работает, просто в гостях тут, и эпиляцию не делала. Ненакрашенная бледная брюнетка, вздыхала ей сочувственно. И сонная азиатка, в Казахстане нет работы нормальной, а тут ей круто, единственная довольная среди них.

Гад Сережа, и он еще навешал папочке про заоблачные перспективы. Да папа только узнал бы, что он имел ввиду это вертеп…

Из интереса подглядела в щелку в шторках. Там на диване развалились два чернявых хлопца, один тыкнул пальцем в сторону брюнетки и с жутким акцентом спросил: а шо она такой страшный?

И Катя заламывала руки и клятвенно убеждала, что освещение виновато. И заверяла, что девушка накрасится обязательно.