Три года назад мама повторно вышла замуж, и с тех пор традиционная поездка в Березки заменилась отдыхом в Турции. Я все время обещала ба найти время, но, как известно, в подростковом возрасте лето слишком скоротечно. Глазом не успеешь моргнуть – начинается учеба, потом подготовка к экзаменам и еще какие-то дела… Хорошо хоть бабушка гостила у нас в холодное время года.

– А вообще я передумала – давай сырники! – внутри потеплело, заметив воодушевленную улыбку на ее тонких бледных губах.

– С медом? Вон какую тару вчера выиграла! – старушка кивнула в сторону двухлитровой банки с выгравированной пчелой.

Нахмурилась, стараясь отогнать смутное предчувствие. После вчерашнего несостоявшегося рандеву на сеновале я без всяких призов убежала домой. Тогда каким образом эта банка появилась здесь с самого утра?

Ответ не заставил себя долго ждать.

– Дёмка Волков притащил с петухами. Говорит, забыла ты свой подарок. Эх, хороший малый. Повезло Семёновне – настоящего человека вырастила. Вон, предложил помочь – уже две грядки перекопал! – ба распахнула окно, зычно крикнув: – Дём, айда завтракать!

Я чуть не поперхнулась: по нашему огороду ходил полуголый Демьян Волков, размахивая лопатой. Он энергично вспахивал землю, при этом мышцы его загорелых рук, живота и груди работали, как единый слаженный механизм: сжимались и разжимались, сжимались и разжимались… Чертовски сексуально.

Утопив штык лопаты в земле, парень протер лоб, приложившись к бутылке с водой. От изнуряющей физической работы на солнце грудь Демьяна переливалась капельками пота, каштановые волосы взмокли.

Ч-е-е-е-р-т. Я поспешно отвернулась, боясь закапать стол слюной.

Его упрямству можно только позавидовать. Еще ни один представитель сильного пола так умело не брал меня в оборот. И если он не был волшебником, то, значит, был бесом. Жаль, после того, что произошло, я вряд ли готова прыгнуть в пучину с головой…

Хотя, глядя на высокого загорелого красавца в подвернутых шароварах, захотелось хотя бы ненадолго найти покой в его умелых руках.

Расправила плечи, когда Волков, широко улыбаясь, появился в кухне. Он был огромным, моментально заполнил собой небольшое пространство, в носу засвербело от тестостерона в воздухе.

– Теть Шур, я закончил.

– Спасибо милок! Садись за стол, будем чай пить! – засуетилась ба, пока мы с гостем сверлили друг друга напряженными взглядами.

– Благодарю, но мне уже пора… – произнес, приглаживая мокрые волосы, отчего бицепсы на руках устрашающе напряглись.

– Дём, да как же так?! – ба всплеснула руками.

– Мне правда надо идти. Обещал помочь бабушке, – красавец продолжал буравить меня взглядом из-под своих темных бровей.

В этот миг мне совершенно не хотелось, чтобы Демьян уходил, но пытаться задержать деревенского мачо все равно что расписаться в собственном проигрыше.

Когда за Волковым хлопнула дверь, ба мечтательно сказала:

– Вот так самец! Была бы я лет на сорок моложе… – она заливисто хихикнула, прикрывая рот ладошкой.

Качая головой, я в очередной раз убедилась, что Волков обладал каким-то мистическим влиянием на женский пол. Даже ба, которая всю жизнь прожила с дедом и после его смерти вообще не смотрела на мужиков, прониклась к внуку Семёновны.

* * *

Остаток дня пробежал в приятных домашних хлопотах. Мы собирали ягоды, удобряли кусты, а после напекли целую кастрюлю пирогов с яблоками и малиной.

К вечеру сил осталось только на праздную лень в кровати. Приняв душ, я погасила основной свет и, включив ночник, решила немного почитать перед сном. Как назло, шкаф с книгами находился в бабушкиной спальне, и, судя по тишине, доносящейся из комнаты, она уже спала.

Рука сама потянулась к томику «Любовной горячки». Я распахнула роман на оставленном Демьяном заломе, вперив глаза в мелкий расплывающийся шрифт. Спустя пару минут чтения про сексуальные игрища Рудольфа и Клэр между ног стало влажно и горячо.

В комнате стояла адская духота. Мечтала забраться под кондиционер, но, разумеется, в доме таких удобств цивилизации предусмотрено не было. Тогда я распахнула настежь окно и, ощутив, как по животу гуляет прохладный ветерок, спустила трусики, плавно опуская ладонь между ног.

– Ах… – половые губки приоткрылись.