– На сегодня мои откровения закончены. Все, что ты должен обо мне знать: я взрослая и самостоятельная девушка, которая привыкла рассчитывать на себя и больше не доверяет мужчинам. Мне плевать на мораль и на то, как выглядело со стороны мое предложение, когда я пришла в твой кабинет и попросила о помощи. Однако должна предупредить: если ты обидишь или причинишь боль, то я умею это делать ничуть не хуже, а может, даже изощреннее, чем ты. Видела несколько твоих боев. Нашла их сегодня в интернете, пока собиралась в клуб. Чтобы немного отвлечься. Заодно хотела понять, с кем имею дело. От таких мужчин, как ты, Ян, я стараюсь держаться подальше. Может, с принципами у тебя и полный порядок, не знаю, но с выдержкой и терпением серьезные проблемы. Меня однажды уже отправили в нокаут. Больше не хочу.

Я широко улыбаюсь, понимая, куда она клонит. И впрямь дуреха. Спарринг я ей обязательно устрою, но совсем не такой, как она лицезрела на видео.

Несколько минут мы просто изучаем друг друга в полной тишине.

– Какая жалость, цветок, что твои ожидания на мой счет не оправдались. И кажется, у тебя тоже серьезная проблема: я не хочу держаться от тебя подальше. – Обнимаю Алёну за плечи и прижимаю к себе, впечатывая в свою грудь и дурея от ее запаха и нежной кожи.

– Один раз переживу, ничего страшного, – робко прижимается цветочек в ответ.

Лучше бы ты, Алёна, вырывалась и держала дистанцию, как и раньше. Вряд ли я сегодня остановлюсь, если начнешь отвечать взаимностью.

– Один раз, да? – усмехаюсь, наклоняясь к ней и разглядывая сочные губы. – Помечтай, Алёна, – шепчу в красивый рот и накрываю его своим.

20 глава

Меня не просто потряхивает – дрожу от возбуждения, когда шарю руками по стройному телу. Веду ладонью по гладкой ноге, задираю подол короткого платья и опускаю голову, рассматривая татушку на Алёнином бедре. Не муляж. Настоящая. Пальцы нащупывают неровности на коже. Забила шрам рисунком?

– Откуда? – спрашиваю я, тяжело дыша.

– В детстве от местных хулиганов убегала и упала. Рана оказалась глубокая. Шрам рос вместе со мной. Сначала хотела свести лазером, но потом передумала и сделала татуировку. Было очень больно. А твои?.. – Алёна аккуратно касается моих плеч, тычется носом в подбородок, словно слепой и слабый котенок. – Настоящие?

Увидела на тех видео с боями? Неужели и впрямь так внимательно смотрела?

– Тоже хочешь проверить?

– Возможно…

Она медленно расстегивает мелкие пуговицы на моей рубашке, затем кладет горячие ладони на грудь, вызывая новую волну дрожи в теле.

От Алёны пахнет не просто сексом и желанием, а скрытой нежностью, особенно когда не выпускает своих шипов. Взрослая и самостоятельная девушка, да, цветочек? Тебе говенный мужик попался на жизненном пути, поэтому такие умозаключения. Но ты сделала правильный шаг, переступив порог моего кабинета и попросив о помощи.

– Ничего нет, – шепчет Алёна, скользя изящными пальчиками по моей коже. – Чисто.

– Это были временные рисунки. У меня нет татуировок, – говорю я и снова беру инициативу в свои руки, не в силах удержаться от соблазна.

Провожу языком по тонкой шее и спускаюсь губами вниз. Кусаю напряженные соски сквозь ткань платья, слыша несдержанный стон. Пальцами отодвигаю белье и трогаю складки. Влажная. Бля-ядь… От облегчения по позвоночнику прокатывается новая волна возбуждения, и я притягиваю Алёну к себе еще ближе.

– Поцелуй меня, – прошу хрипло, чувствуя, как цветок трется животом о мою эрекцию и тоже дрожит, позволяя трогать себя внизу.

Всё в совокупности – до звезд перед глазами. Еще запредельнее, чем я представлял. Ощущаю себя с ней пацаном, который напускает в штаны, если она опустит лямки платья и покажет грудь. Такой исход вполне возможен. Я заведен до чертиков. Цветку даже не нужно прикладывать для этого никаких усилий. Просто смотреть на меня вот такими глазами, как сейчас, и течь на мои пальцы.

Алёна берет мое лицо в свои ладони и целует. Нежно, долго, без настойчивости, но очень страстно. Окончательно срывая тормоза и сея хаос в мыслях. Я на автомате, за пару секунд, справляюсь с ремнем на брюках, дергаю молнию и вновь впиваюсь в рот Алёны жадным поцелуем. Отпускаю на мгновение, но лишь для того, чтобы стянуть с нее трусы. И я почти у цели, когда летит контрольный в голову: