Губы лорда были везде. Он ласкал мои закрытые веки. Мягко целовал уголок моих губ. Влажной дорожкой спускался по шее к ключицам и ниже, дальше к чувственной груди. Селестин прихватил горошинку соска, втянув его, а меня тряхнуло, выгнув дугой от желания. Застонав, я сильнее прижалась к лорду, а он, зарычав, задвигался еще быстрее.

Не выдержав, я потянула Селестина на себя и уже сама с упоением впилась в его губы. Он освободил мои руки, и я, обвив лорда за шею, целовала его с такой самозабвенной страстью, что эмоции у нас сорвало одновременно.

Движения Селестина стали резкие, быстрые. Он входил глубоко, сжимая меня в объятиях и не разрывая поцелуя.

— Моя шиэрр!

Услышала я жаркий шепот лорда, и меня накрыло цунами наслаждения. Мир взорвался миллиардами звезд удовольствия. Я перестала существовать, растворившись в этом экстазе: одном на двоих.

Чувство заполненности и принадлежности желанному мужчине вызвало пьянящую эйфорию. От ощущения счастья на душе стало уютно. Возвращаться в реальность я не хотела, поэтому так и парила на волнах блаженства в крепких объятиях Селестина — в том космосе, куда нас забросило.

Глава 43

Дамирэш Кьен аль Драгон, кронпринц Артании

Сутки назад

Хлопнула дверь в библиотеку, и в сторону принцев, сидевших за столом со свитками, направились слаженные шаги. Кьен поднял голову и хмуро посмотрел на прибывших друзей.

— Докладывайте, — сходу приказал Кьен, стоило герцогу Кертерскому и маркизу арʼВиранскому приблизиться к столу.

— Так просто тут и не доложить, — взлохматил волосы Жан-Эмиль и попросил. — Ваше Высочество, прошу пригласить лорда Самиршель. Тут и по его части есть информация.

— Рад, что вы не забываете про меня, Ваша Светлость, — прозвучал ехидный голос сбоку.

Глава Тайной службы Артании появился словно из ниоткуда, вызвав у Кьена недовольство. Принц не любил, когда в его присутствии использовали артефакты отвода глаз. Но правда была такова, что лорд Самиршель мог его использовать на своё усмотрение в любое время. И с этим приходилось мириться.

— Вас сложно забыть, лорд Самиршель. Вы постоянно про себя напоминаете, — съязвил в ответ герцог Кертерский.

— Лорды, ближе к теме! — рыкнул Кьен, не желавший слушать очередную ругань, когда дорога каждая минута в поисках Кирьяны. Он повернулся к маркизу и распорядился: — Нитан, расскажи подробности.

— Если вкратце, то этот беспризорник Горош меня сразу удивил. Когда мы пришли в таверну «Пьяный буревестник», к нам подошел подавальщик и попросил снять маски. Пояснив, что иначе с нами не будут общаться.

— Да, — поддакнул герцог, вальяжно усевшись в кресло. — Дамирэш, ты только представь наше изумление, когда в «таком» месте, нас, аристократов, неожиданно просят снять маски. Я с трудом.

— Но пришлось подчиниться, — закивал головой маркиз, соглашаясь с недовольством герцога. — Пацан вышел к нам только после того, как мы сняли маски, и он опознал Жан-Эмиля.

— Ага. Он, оказывается, видел меня на Торговой улице, когда была та самая стычка. Запомнил и вот опознал. Да, собственно, потому что узнал, и решился помочь, — нахмурился герцог. — Этот малый сразу определил, что с Кирьяной что-то случилось.

— Откуда у него такие сведения? — вмешался в разговор лорд Самиршель.

— Со слов этого Гороша, трущобы гудят, что нарушен приказ Хозяина. И что были жестоко казнены провинившиеся. Трущобы дрожат от страха, а у кого есть куда убежать, то бегут от Хозяина, — пояснил герцог.

— Хозяин?.. — нахмурился лорд Самиршель. — Я уже не первый раз слышу про этого Хозяина. Скверно… Продолжайте.

— Собственно, этот Горош сообщил нам, что Хозяин ищет нашу Кирьяну. Зачем, пацан и сам не знает. Но этот Хозяин магичек постоянно заказывает себе. А на Кирьяне он вообще помешался. Но в академии её не достать, вот он и нашел выход на работников ДАМ.

— В академии предатель? — помрачнел Кьен. — Кто это?

Известие, что в ДАМ появился предатель, очень разозлило Кьена. Ему хотелось очистить академию от изменников. Неожиданно для себя Кьен проникся идеей отца, сделать из Дальбругской Академии Магии самую лучшую академию страны.