Вейн пошел обратно к черному ходу. Возможно, он и не •вычислит преступника, проверяя, кто где был в момент преступления, но это все, что он может сделать в настоящий момент. Определив, чем занимались женщины, он решил заняться мужчинами.

Отказавшись от своей идеи о том, что вором была женщина, Вейн смутно надеялся, что вся эта история выльется в какой-нибудь незначительный проступок. Ну, например, кому-то — Эдгару, Генри или Эдмонду — понадобились наличные, и он оказался слишком глупым и слабым, чтобы справиться с искушением. Однако Вейн почти сразу отказался от этого предположения. Жемчуг Минни стоит небольших денег.

Их воришка только что совершил крупное преступление.

Руины выглядели пустынными. С монастырской стены Вейн разглядел мольберт Джерарда. Передняя сторона мольберта была обращена к лесу, а задняя — к покоям настоятеля. Ветер трепал лист бумаги, приколотый к мольберту. Коробка с карандашами лежала под мольбертом, скамеечка — позади него.

Вот и все, что предстало взору Вейна. Самого Джерарда он не увидел. Предположив, что юноша решил размяться, Вейн собрался уйти. К чему расспрашивать, заметил ли он что-нибудь, ведь после завтрака Джерард так был захвачен своей идеей, что вряд ли обращал внимание на посторонние вещи.

Вернувшись в галерею, Вейн услышал тихое бормотание и в нефе нашел Эдмонда. Тот сидел перед разрушенной купелью и вслух слагал стихи.

Вейн объяснил ему ситуацию.

— Я никого не видел. Да я и не смотрел. Я бы не заметил, даже если мимо меня проскакал бы конный отряд. — Нахмурившись, Эдмонд опустил глаза.

Вейн ждал, надеясь узнать от него хоть что-нибудь.

Наконец Эдмонд поднял голову:

— Никак не могу решить, где играть эту сцену: в нефе или в галерее? Что вы думаете?

Надо отдать должное выдержке Вейна. Он не ответил Эдмонду, только покачал головой и направился к дому.

Его окликнули, когда он проходил мимо наваленных грудой камней. Повернувшись, он увидел Генри и Генерала. Они возвращались из леса.

— Как я понимаю, вы прогуливались вместе? — спросил он, когда они приблизились.

— Нет, — возразил Генри. — Мы встретились в лесу. Я шел по направлению к дороге — через лес туда ведет тропинка.

Вейн помнил эту тропинку. Он посмотрел на Генерала, который опирался на свою трость и недовольно пофыркивал.

— Всегда хожу через руины — прогулка по пересеченной местности очень полезна. Для сердца, знаете ли. — Взгляд Генерала будто приклеился к лицу Вейна. — Но вам-то зачем, а? Вы же не гуляете.

— Жемчуг Минни исчез. Мне хотелось бы знать, не видели ли вы во время прогулки что-нибудь странное? Или кого-нибудь?

— Боже мой, жемчуг Минни! — Генри выглядел шокированным. — Она, наверное, ужасно расстроилась!

Вейн кивнул, Генерал пробормотал сквозь зубы:

— Никого не видел, пока не наткнулся на Генри.

Что, отметил про себя Вейн, не дает ответа на вопрос. Он пошел рядом с Генералом. Всю дорогу к дому пораженный Генри сотрясал воздух бесполезными восклицаниями и сокрушался.

Чтобы не слушать его трескотню, Вейн мысленно перебирал обитателей Беллами-Холла. Итак, известно местонахождение всех, кроме Уиттикома, который уже наверняка вернулся в библиотеку и корпит над своими бесценными трудами. Надо бы проверить это, решил он, просто чтобы не сомневаться.

В этом уже не было, необходимости: Мастерс как раз ударил в гонг, когда они вошли в дверь. Генерал и Джерард сразу направились в столовую. Вейн медлил. Меньше чем через минуту дверь библиотеки открылась. Первым показался Уиттиком, как всегда надменный и высокомерный. За ним следовал Эдгар. Он помогал Эдит Суитинс нести ее сумку для рукоделия.

Вейн с бесстрастным выражением лица дождался, когда Эдгар и Эдит пройдут мимо, и пошел за ними.

Глава 15

Минни к обеду не спустилась. Пейшенс и Тиммз тоже отсутствовали. Не было и Джерарда, но, вспомнив слова Пейшенс о том, что он забывает обо всем на свете, когда рисует, Вейн успокоился.

С Минни же ситуация была совсем иной.

Наскоро пообедав, Вейн поднялся к ней. Он ненавидел женские слезы, потому что чувствовал собственное бессилие, а воин, сидевший в нем, очень не любил подобные эмоции.