Он должен убедить ее открыться ему. Обдумав все возможные варианты, Вейн решил, что она, вероятно, придерживается неких странных, если не сказать фантастических, взглядов. С какой стороны ни посмотреть, все равно трудно найти обоснованный повод для отказа от замужества. И с его точки зрения, и с точки зрения того, кто блюдет ее интересы, и с точки зрения его семьи, и с ее точки зрения, и с точки зрения света она идеальная партия и как нельзя лучше подходит на роль его жены.

От него же требуется лишь убедить ее в этом. Выяснить, что препятствует ей выйти за него, и преодолеть этот барьер. Но для этого ему придется сломить ее яростное сопротивление.

Когда впереди показались крыши Нортхемптона, Вейн мрачно усмехнулся. Ему всегда нравилось решать сложные задачи.

Два часа спустя он стоял на лужайке перед домом и, глядя на темное окно комнаты Пейшенс, напоминал себе об этой особенности своего характера.

Был час ночи. Дом был погружен во мрак. Дагган решил переночевать в конюшне. Но Вейна такой вариант не устраивал. Чтоб ему провалиться, но он будет спать в доме! Он тщательно проверил все запоры и понял, что единственный способ проникнуть внутрь — постучать в дверь молотком. Но тогда он разбудит не только Мастерса, но и всех обитателей Беллами-Холла.

Он хмуро разглядывал окно на третьем этаже, увитое старым плющом. В конце концов, она сама виновата в том, что он оказался здесь.

К тому моменту, когда он преодолел половину расстояния до окна, запас его ругательств истощился. К счастью, основной, очень толстый стебель плюща проходил рядом с окном. Вейн добрался до каменного карниза и только тогда сообразил, что не знает, чутко ли она спит. Как надо стучать в окно — громко или тихо? И как сделать так, чтобы не разбудить Минни и Тиммз, чьи комнаты расположены в том же крыле?

К счастью, ему не понадобилось искать ответы на эти вопросы. Добравшись до подоконника, он увидел серую тень за стеклом. Тень встала и потянулась к щеколде. Послышалось тихое царапанье, и окно приоткрылось; Мист толкнула створку головой и выглянула.

— Мяу!

Вознеся благодарственную молитву кошачьему богу, Вейн распахнул окно пошире, зацепился рукой за подоконник и пере-кинул ногу. Остальное было делом легким.

Наклонившись, он погладил Мист и почесал ей между ушами. Кошка довольно заурчала, затем, подняв хвост трубой, направилась к камину. Вейн выпрямился и услышал шуршание со стороны огромной кровати с балдахином. Он начал стряхивать с одежды листья и пыль, и вдруг из тени появилась Пейшенс. Ее волосы рассыпались по плечам золотистым покрывалом. Из-под шали виднелась ночная сорочка.

Ее глаза расширились от изумления.

— Что ты тут делаешь?

Вейн залюбовался очертаниями ее бедер, стройность которых подчеркивала льющаяся ткань сорочки, затем медленно поднял глаза.

— Я пришел, чтобы принять твое предложение.

Если он сомневался в том, что правильно понимает характер Пейшенс, то все сомнения исчезли, когда он увидел, как изменилось ее лицо.

— Э-э… — Она ошеломленно заморгала. — Какое предложение?

Вейн счел, что разумнее будет промолчать. Он снял пальто и бросил его на приоконную скамью. За пальто последовал сюртук. Пейшенс наблюдала за ним с возрастающим волнением. Притворившись, будто ничего не замечает, Вейн подошел к камину и помешал угли.

Пейшенс последовала за ним, заламывая руки — чего она не делала никогда в жизни — и лихорадочно соображая, как себя вести. Она поняла, что Вейн решил разжечь огонь, и нахмурилась:

— Не нужно мне тут пламя до небес.

— Скоро ты ему очень обрадуешься.

Обрадуется? Она уперлась взглядом в широкую спину Вейна, стараясь не замечать, как перекатываются под рубашкой его мышцы, стараясь не размышлять над тем, что он имел в виду. Вдруг она вспомнила о его пальто и вернулась к окну, легко ступая босыми ногами по широким половицам. Проведя рукой по пелерине, обнаружила, что ткань влажная, и выглянула: с реки полз густой туман.

— Где ты был? — Неужели следил за Фантомом?

— Съездил в Бедфорд и обратно.

— В Бедфорд? — Только сейчас она обратила внимание на то, что окно не закрыто. — Как ты попал сюда? — Проснувшись, она увидела его уже здесь, в комнате.

Вейн оглянулся через плечо.

— Через окно, — ответил он и повернулся к огню, а Пейшенс — к окну.