— Я не знал, что делать. — Гришем потер шею. Впереди среди руин все еще мелькал огонек.

— Что случилось? — спросил Вейн у Гришема.

— Колби прибыли ближе к вечеру. Я решил, что это именно то, чего мы ждали. Я им сразу заявил, что в доме только я и две горничные. Колби, кажется, был очень доволен. Он затопил камин в библиотеке и приказал пораньше подать ужин. После этого предложил нам идти спать, да с таким видом, будто делал огромное одолжение. — Гришем тихо фыркнул. — Я, естественно, проследил за ними. Они немного подождали, потом взяли лампу из библиотеки и пошли к руинам.

Гришем оглянулся. Вейн тоже посмотрел вдаль, а потом дал ему знак продолжать. У них еще оставалось несколько минут до того, как даже шептаться будет опасно.

— Они прошли до покоев настоятеля, — рассказывал Гришем. — Я старался держаться поближе. Мисс Колби всю дорогу ворчала, но я ничего не разобрал. Они прямиком направились к той плите, о которой я вам говорил. Очень тщательно проверили, чтобы убедиться, не поднимали ли ее. Колби был очень доволен собой. Потом они пошли назад. Я поспешил сюда, чтобы вовремя быть на месте и увидеть продолжение.

— И каково будет продолжение? — спросил Вейн удивленно.

Огонек мелькнул гораздо ближе, чем прежде. Все замерли. Вейн и Пейшенс выглянули из-за края живой изгороди. Остальные сгрудились у проема в изгороди, откуда была видна дверь черного хода.

— Это нечестно! Не понимаю, почему ты должен был отдать мои сокровища? — Недовольное нытье Элис Колби ясно слышалось в морозном воздухе. — У тебя будут сокровища, а у меня — ничего!

— Я же сказал, что те вещи были не твои! — Чувствовалось, что Уиттиком злится. — Я думал, что в последний раз тебя чему-то научил. Я не хочу, чтобы тебя поймали с чужими вещами. Мне страшно от одной мысли, что я буду братом воровки!

— Твое сокровище тоже не твое!

— Это другое. — Уиттиком подошел к двери, оглянулся на плетущуюся за ним Элис и презрительно хмыкнул: — Хорошо, что на этот раз от твоей маленькой слабости была хоть какая-то польза. Как раз то, что надо, чтобы отвлечь внимание Кинстера. Пока он разбирается с юным Деббингтоном, я закончу свое дело.

— Дело? — В голосе Элис слышалось не меньшее презрение, чем в тоне Уиттикома. — Да ты одержим своей дурацкой охотой за сокровищами. Где же они? — нараспев произнесла она.

Уиттиком распахнул дверь.

— Иди в дом.

Продолжая напевать одну и ту же фразу, Элис прошла в дом.

— Опрометью беги через кухню в старую гостиную за библиотекой, — обратился Вейн к Гришему. — Мы подберемся к стеклянным дверям.

Кивнув, Гришем бросился бежать.

Вейн повернулся. Все смотрели на него в молчаливом ожидании.

— Мы обходим дом, быстро и тихо, и идем к террасе. На террасе соблюдать особую осторожность: Уиттиком, вероятнее всего, устроился в библиотеке. Нужно побольше узнать о его сокровищах и выяснить, он ли ударил Джерарда.

Все, как по команде, одновременно кивнули. Едва сдержав страдальческий стон, Вейн пошел к дому.

Они прошли вдоль подъездной аллеи и поднялись на террасу. Мист серой тенью пробежала вперед. Вейн чертыхнулся и взмолился о том, чтобы эта чертова кошка не выдала их.

Гришем, похожий на привидение, уже ждал у стеклянных дверей. Он открыл их, и Вейн вошел в гостиную.

— Они спорят в холле, — шепотом сообщил Гришем, — о том, кому принадлежит какой-то слон.

Вейн оглянулся на Минни, которая с помощью Тиммз и Эдмонда перешагивала через высокий порог. Он пересек комнату и открыл дверцу, скрытую в панелях. За дверцей оказалась еще одна дверь. Она тоже была замаскирована под стенные панели, но уже в библиотеке. Взявшись за щеколду, Вейн бросил суровый взгляд через плечо.

Все послушно затаили дыхание.

Вейн приоткрыл дверцу.

В библиотеке никого не было, только в камине весело плясал огонь.

Оглядев комнату, Вейн обратил внимание на две высоких четырехстворчатых ширмы, которыми летом защищали книжные полки от солнечного света. Ширмы были раздвинуты и загораживали камин.

Вейн подтолкнул Пейшенс вперед, и она, быстрым взглядом окинув библиотеку, стремительно пересекла открытое пространство и скрылась за дальней ширмой.

Не успел Вейн и глазом моргнуть, как за Пейшенс последовал Джерард. Тогда он подал знак остальным и поспешил за своим будущим шурином.