– Могут, но другие заклинания такого плана проще обнаружить, – убедившись, что усы и шляпа сидят ровно, дракон повернул магическое зеркало ко мне.

– Благодарю, – густая чёрная вуаль оставляла открытыми губы и подбородок, но как я ни пыталась, узнать себя в отражении не получалось.

Превосходная работа! Никогда бы не подумала, что такое возможно…

Единственное, что немного выдавало иллюзию – это лёгкое головокружение, которое появлялось при попытке сосредоточиться на своём отражении или лице Себастьяна. Но это было мелочью.

Вряд ли вошедшая парочка настолько привлечёт внимание, что кто-то решит разглядывать нас в упор.

– Господин Фреди, – герцог повернулся к фамильяру, – вам удалось выяснить ещё что-нибудь? Делия сказала, что вы смогли взять след.

– Ничего нового, – понуро пискнул нюхач, – запах вёл лишь до уборной и последнего окна в коридоре.

Стоп! А вот это уже интересно. Он что, через окно выбирался оттуда?

– Господин Фреди, вы уверены, что на лестнице не было запаха? – нахмурился дракон.

– Уверен, – ответил крыс, – скорее всего, он выпрыгнул в окно.

– Погодите, а как он попал в издательство? – спросила я. – На лестнице ведь должен был остаться запах булки?

– Он мог украсть булку у вашего издателя, – пискнул нюхач, – у того в шкафчике целая корзинка такой же выпечки.

Проклятье… я-то надеялась, что мы сможем допросить пекаря, узнать что-нибудь о клиентах, покупавших недавно такие булочки…

– Странно, – дракон приоткрыл шторку и выглянул в окно, – похоже, наш метаморф ещё и клептоман.

– Думаете? – удивилась я.

– Он не съел булку, значит не был голоден. К тому же, зачем носить булку в кармане?

– Да… странно. Я как-то об этом не подумала…

– Так мог поступить только клептоман. Взять то, за чем он пришёл, но при этом прихватить абсолютно ненужную вещь.

А потом забыть про неё… вот почему он так долго носил булку с собой!

– Марио часто оставляет еду на столе, – вспомнила я, – а ещё постоянно ставит на краю чай и вечно переливает его и… Ой! А что они тушили? Я слышала…

– Свеча упала на документы, – пояснил Себастьян, – когда господин Фреди чихнул, Антонио как раз капал воском на конверт. И, испугавшись, уронил её.

А-а-а-а… теперь понятно, что это были за крики…

– Приехали, – Себастьян закрыл шторку и повернулся ко мне. – К жрецу не подходим. Изображаем обычную пару, пришедшую помолиться. Зажжём семь свечей, оставим на алтаре монеты. Посмотрим на жрецов и остальных прихожан.

– А мы в это время займёмся молельней, – добавил Фреди.

– Совершенно верно, – Себастьян выпрыгнул из экипажа и подал мне руку. Фамильяры, скрывшись под иллюзией, вышмыгнули следом.

– Где это мы? – осмотревшись, спросила я.

– В проулке за храмом. Вы же не думали, что мы при всех выйдем из полицейского экипажа?

Ой… точно! Это бы стало провалом разведки.

– Нам лучше поторопиться, – дракон взял меня под руку и повёл к храму.

Не успела я сделать и пары шагов, как мимо меня что-то вихрем пронеслось. Лекс и Фреди решили не ждать нас.

– Наши друзья отправились в разведку, – тихонько сказала я.

– Правильно, – едва слышно ответил Себастьян, – неизвестно, как долго Лекс сможет держать иллюзию.

Я хотела спросить про слежку за моим домом, но побоялась, что нас могут услышать. Потом всё узнаю. Сейчас лучше сосредоточиться на странном жреце и ведьме-послушнице.

Кстати, о ведьмах! Выходит, метаморфов всё же двое – секретарь и та брюнетка?

Или, мы ошиблись и девушка настоящая?

Хм… не похоже… она слишком красивая. Нереально, невозможно, пугающе красивая. Таких идеальных лиц я не видела даже у чистокровных фэйри и эльфиек, а краше их нет никого.

Значит, её внешность всё же ненастоящая. Но как вышло, что метаморфов столько времени считали полностью уничтоженными, а тут сразу двое?

Странно… очень-очень странно…

– Да хранят Боги тех, кто чист душою и светел помыслами! – поприветствовал нас младший жрец.

– Да помогут Великие духи тем, кто не несёт в своём сердце тьмы, – Себастьян вручил послушнику две монетки, а я повторила ритуальное приветствие.

Нас благословили, пропуская внутрь и переключились на новых прихожан.

– Да хранят Боги тех, кто чист душою…

Внутри храма царила тишина, пахло розмарином, хвоей и дымом. В такое время посетителей было мало, и мы могли неспеша осмотреться.