Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Война с сектантами продолжается. Обе стороны ищут все возможности нанести максимальный ущерб друг другу. Эйсон вносит свой вклад в войну с сектантами. Помимо личных счетов, которые необходимо свести

Сектанты воюют с Аргентом, а Эйсон в этом хаосе использует все возможности нанести очередной удар по высшим демонам. И речь идет не только об искусстве партизанской войны с демонами, но и о

Истории о волшебных мирах, магах и колдунах дарят читателям массу необычайно ярких эмоций. Ты понимаешь, что это дает тебе возможность отвлечься от обычной жизни и отправиться в путешествие по

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них

Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный

Секта «Новых практиков» наносит сильный удар по Аргенту, король жаждет мести. Невиновные должны крутиться, чтобы не попасть в подвал к палачу, виновные пытаются подставить других вместо себя. Эйсон

У Эйсона много планов, но враги так и лезут со всех сторон, мешая ему работать над ними. Знай они, скольких могучих противников он уже поверг и сколько кланов уничтожено им или ослаблено, их

Пребывание Эйсона в Бельбе затягивается, хоть и дает ему необходимые ресурсы для очередного шага в борьбе с высшими демонами. Все серьезные игроки строят свои планы по поводу королевства, интриги и

Эйсон становится сильнее, и у него появляется возможность свести счеты с несколькими врагами, которые раньше были слишком могущественны, чтобы их атаковать. Ну а затем – его ждут новые испытания в

Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Здесь я - сын купца. Единственный простолюдин среди Зодчих Империи. Но у меня есть особые таланты и особая цель, а значит столь досадное неравенство ненадолго. Глупые властители этого мира умудрились

Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта. Я учусь в магической школе и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую ерунду. А еще я обладаю Темным даром и могу… Стоп!

Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта. Я учусь в магической школе и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую ерунду. А еще я обладаю Темным даром и могу… Стоп!

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный

Эйсон счел свадебное путешествие с Джоан прекрасным поводом попутно решить несколько важных дел. Помочь отомстить Илору, наказать грандмага Белекоса за излишнее увлечение некромантией. Самое важное,

Пришло время сводить счеты с врагами, и Эйсон особо не стесняется, платя по долгам. С кем-то можно справиться сразу, с кем-то придется еще повозиться. Но враги должны страдать… И совсем не странно,

Воздух пахнет хвоей, вокруг - июльская тайга. Я – егерь, знающий её как свои пять пальцев, иду на кабана. А потом, бац — выстрел и темнота. Очнулся, а мне… семнадцать лет. И зовут теперь Максом. И

Воздух пахнет хвоей, вокруг - июльская тайга. Я – егерь, знающий её как свои пять пальцев, иду на кабана. А потом, бац — выстрел и темнота. Очнулся, а мне… семнадцать лет. И зовут теперь Максом. И

Воздух пахнет хвоей, вокруг - июльская тайга. Я – егерь, знающий её как свои пять пальцев, иду на кабана. А потом, бац — выстрел и темнота. Очнулся, а мне… семнадцать лет. И зовут теперь Максом. И

Воздух пахнет хвоей, вокруг - июльская тайга. Я – егерь, знающий её как свои пять пальцев, иду на кабана. А потом, бац — выстрел и темнота. Очнулся, а мне… семнадцать лет. И зовут теперь Максом. И

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный

Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта. Я учусь в магической школе, где все старше меня как минимум на пару лет, и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую

Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта. Я учусь в магической школе, где все старше меня как минимум на пару лет, и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую

Война закончена, и у Эйсона появляется время на свою главную цель – усилить себя и свой клан для борьбы с высшими демонами! Он не упускает ни единой возможности как для этого, так и для того, чтобы

Война с Сисерией все больше проходит под влиянием Эйсона, что не означает, что враг не способен на неожиданные сюрпризы. Эйсон становится все больше заметен, что помимо новых друзей приносит ему и

Погибший при исполнении пожарный Дмитрий просыпается в теле юного подмастерья Кая в суровом мире где власть измеряется силой кулака и качеством стали. Единственный шанс Дмитрия на спасение от